Приветствую Вас Гость | RSS

Дмитрий Гутнов

Среда, 20.09.2017, 14:05
Главная » Статьи » Научные статьи

Новое исследование о Саратовском университете

Медаль на основание ИНСУ. 1909 г.В 2009 г. исполнилось 100 лет со дня основания одного из старейших в стране Саратовского Государственного университета им. Н.Г.Чернышевского (до революции – Императорского Николаевского Саратовского университета). Этому событию была посвящена целая череда научных, общественных и чисто юбилейных мероприятий в Саратове, растянувшаяся почти на два года. В связи с истекшим столетием существования такого крупного учебного и научного центра, каковым является ныне СГУ им. Н.Г.Чернышевского, обозначился повышенный общественный интерес к его истории. В прошлом году университет выпустил двухтомный фундаментальный труд – «История Саратовского университета», который в определенной степени подводит итоги более чем полувековой традиции изучения собственно истории Саратовского университета и является весомым вкладом в изучение истории российских университетов в целом.

Следует оговориться, что рецензируемый труд издан к юбилею университета и поэтому ему присущи некоторые атрибуты всякого юбилейного издания. Это касается и большого формата, и превосходного качества печати, и обилия иллюстраций и пр. Однако при этом, усилиями авторского коллектива издания – старейшего профессора СГУ А.И.Авруса, профессоров А.А.Гапоненко, В.Н.Данилова и А. П. Мякшева, кроме своей «юбилейной», формы новая «История Саратовского университета» получила вполне законченное научное содержание, которое интересно как специалистам в области истории российских университетов, так и занимающимся изучением отечественной историей вообще. 
 
Труд распадается на два тома. Первый – охватывает период с момента подготовки и создания Саратовского университета и до окончания Великой Отечественной войны, а второй начинается с послевоенного восстановления народного хозяйства и завершается современным этапом развития СГУ им. Н.Г.Чернышевского. Издание снабжено всем необходимым научно-справочным аппаратом. Каждый том помимо основного содержания имеет хронологические таблицы и крайне содержательные приложения, где опубликованы наиболее значимые документы по тому или иному периоду в истории Саратовского университета.

При написании истории Саратовского университета авторы избрали комбинированный принцип изложения материала. С одной стороны, структура работы содержит опорные главы, в которых отражены наиболее важные моменты истории университета, такие, как подготовка к открытию и основание Саратовского университета с конца XIX в. до 1909 г., становление Саратовского университета (1910-1917), кризис университета (1929-1935) и др. Наряду с этим, имеется ряд глав, отражающих историю развития Саратовского университета в рамках привычной нам периодизации истории России, т.к. на протяжении своего существования Саратовский университет находился не в безвоздушном пространстве, а жил нуждами и потребностями всей страны, в которой он был создан. В этой связи можно назвать главы, посвященные Саратовскому университету в годы Революции 1917 г. и Гражданской войны, в период НЭПа, в годы Великой Отечественной войны, послевоенного строительства, эпохи «Развитого социализма» и пр. Сочетание этих двух типов глав в хронологическом порядке обеспечивает целостное восприятие истории Саратовского университета в контексте истории всей страны.
 
Авторы рецензируемой работы вполне справедливо указывают, что подлинное своеобразие основания Саратовского университета заключается в том, что инициатива его организации с самого начала шла не со стороны власти, а со стороны общества. Первые идеи в этом направлении были высказаны еще в конце 1850-х гг., затем неоднократно повторялись со стороны местного земства и даже в определенной мере поощрялись местными властями. Но даже в эпоху либеральных реформ 60-ых-70-ых гг. XIX в. (не говоря о последних десятилетиях позапрошлого века) эти инициативы не нашли должного отклика у столичной бюрократии. Двор и большинство министров по старинке продолжали рассматривать высшее образование не как насущную необходимость для капиталистической модернизации страны, а как своего рода привилегию высших классов. «Три четверти государственных преступников и почти все цареубийцы побывали в университетах» - цитируют в качестве обоснования такой политики слова министра внутренних дел Н.П.Игнатьева авторы книги. При таком подходе, конечно же, ни о каком расширении сети российских университетов говорить не приходилось.
 
Правда, потребность в квалифицированных специалистах, особенно в различных областях промышленности по мере бурного экономического развития России в конце XIX- начале ХХ вв. все острее давала себя знать, и новые учебные заведения все же открывались. Но это были не классические университеты, а специальнотехнические и политехнические институты. Не случайно же, одним из общих мест в работах, посвященных истории отечественного высшего образования, является констатация того факта, что за 36 лет царствования Александра III и Николая II в стране было открыто всего два университета (Томский и Саратовский).
 
Да и эти университеты были далеки от того, что мы называем «классическими». Власти вполне сознательно ограничивали их деятельность всего одним факультетом. Томский университет возник, имея в составе лишь медицинский факультет, и с туманными обещаниями открыть в будущем другие факультеты. Тот же сценарий предусматривался властями и для Саратовского, когда его открытие стало неотвратимым.
 
Почти полувековая борьба саратовской общественности за «свой» университет завершилась лишь в 1909 г., причем сдвинуть дело с мертвой точки удалось только при активном содействии наиболее авторитетного на тот момент представителя «саратовского лобби» при императорском Дворе, коим являлся бывший саратовский губернатор П.А.Столыпин, (в ту пору Председатель Совета Министров). «В деле основания университета в Саратове я ваш убежденный сторонник и союзник…,- цитируют авторы слова. П.А.Столыпина, сказанные им в 1907 г. очередной депутации саратовской общественности,- Я стою за университет потому, что Саратов в культурном, образовательном, и экономическом отношении действительно является таким центром, в котором давно должен быть основан именно университет». И, несмотря на то, что бывший саратовский губернатор всячески отрицал свое пристрастное отношение к этому делу, читателя не покидает ощущение, что это обстоятельство все же играло свою роль в том, что саратовцам удалось сломить инерцию столичной бюрократической машины и добиться желаемого.
 
Благодаря содействию П.А.Столыпина в 1907 г. Советом министров было принято решение об основании университета в Саратове. Есть и еще одна существенная деталь, отличавшая процесс открытия Саратовского университета от других высших учебных заведений Российской империи. Дело в том, что П.А.Столыпин в полном соответствии с реалиями новой эпохи, наступившей после 17 октября 1905 г., внес законопроект об основании нового университета в Государственную Думу. Таким образом, авторы рецензируемого труда не без гордости отмечают, что Саратовский университет был первым российским университетом, открытым при участии и одобрении российского парламента. Законопроект был в окончательном виде принят Государственной Думой 8 мая 1909 г., утвержден Государственным Советом 7 июня, и подписан Николаем II 10 июня того же года.

Торжественная инагурация нового университета прошла 6 декабря 1909 г., причем именно тогда было объявлено о присвоении новому университету имени Николаевский, которое он носил до марта 1917 г.
 
Последующее пятилетие вошло в историю Саратовского университета как эпоха бурного развития и многочисленных приобретений. Стараниями руководства новоявленного университета, городских властей и, отчасти, министерства народного просвещения, Саратов обзавелся собственным университетским городком. Росло и его население. Если единственный медицинский факультет Саратовского университета был открыт, имея в составе всего 7 кафедр, то к 1914 г. число кафедр выросло до 29. С 1912 г. университет получил право проводить экзамены на звание доктора медицины, а чуть позже и ставить на защиту диссертации. Вместе с тем, Саратовский университет разделил многие противоречивые тенденции, которые были характерны для российской высшей школы начала ХХ в. В книге подробно освещаются конфликты, которые возникали между министерством и Саратовским университетом относительно избрания ректора и проректора в 1913 г., студенческие волнения и беспорядки. С другой стороны, о растущем авторитете Саратовского университета как нового российского университетского центра косвенно свидетельствует как посещение Саратовского университета самим П.А.Столыпиным, так и многочисленные визиты в университет представителей августейшей фамилии, чему в работе уделено немало места. Первый выпуск врачей из стен Императорского Николаевского Саратовского университета совпал с началом империалистической войны.
 
Парадокс развития Саратовского университета в наступившей затем «эпохе войн и революций», как это явствует из рецензируемой работы, заключался в том, что это время принесло ему не только многочисленные испытания, но и мощный стимул для преобразования в полноценный классический университет. В июле 1917 г. уже Временное Правительство приняло решение об образовании в Саратовском университете трех «недостающих» факультетов – физико-математического, историко-филологического и юридического. Надо отметить, что прием на эти факультеты был запланирован на сентябрь 1917 г. Поэтому руководству университета пришлось провести поистине титаническую работу, чтобы за два месяца успеть провести все подготовительные мероприятия, включая приглашение профессоров на кафедры вновь создаваемых факультетов.
 
С этой задачей Саратовский университет справился вполне успешно. И это обстоятельство сказалось на том, что, несмотря на все те ощутимые потери, которые понесло отечественное высшее образование после Октябрьской революции и в ходе Гражданской войны, в Саратове сложился довольно молодой, но очень представительный коллектив университетской профессуры, заложившей фундамент современных научных школ Саратовского университета. Удивительно, но в разгар Гражданской войны и сопряженных с нею лишений в одном месте собрались такие научные авторитеты, как первый декан историко-филологического факультета СГУ С.Л.Франк, будущие академики АН СССР Ф.П.Саваренский, Л.С.Лейбензон, Н. И. Вавилов, В. М. Жирмунский, Н. Н. Андреев, члены-корресонденты Н.К.Пиксанов, И.И.Привалов, Н.Н.Яковлев и др. Причинами такого положения дел авторы труда называют: «Во-первых, продолжали работать прибывшие с открытием новых факультетов профессора. Во-вторых, в начале Гражданской войны в Саратове было сытнее и спокойнее, чем в Москве и Петрограде, что обусловило приезд крупных ученых. В-третьих, существовала группа московских и петроградских ученых, которые в годы Гражданской войны перемещались из одного университетского города в другой, опасаясь репрессий из-за своей социальной и политической принадлежности».
 
Одновременно с этим Саратовский университет в полной мере испытал на себе политику пролетаризации высшей школы, которая воплощалась в жизнь Наркомпросом вплоть до конца 20-ых гг. истекшего века. Конечно, революция много сделала в смысле ликвидации прежних, зачастую дискриминационных ограничений для получения высшего образования. Появился Рабфак, был расширен прием слушателей. Однако такая демократизация имела и свои отрицательные стороны. Как и в других вузах страны, СГУ им.Н.Г.Чернышевского (так Саратовский университет стал называться с 1923 г.) практически лишился университетской автономии и подвергался неоднократной реорганизации. По словам авторов книги, до конца 20-ых гг., уцелел без существенных для себя потерь лишь медицинский факультет. Остальные либо были преобразованы (как например историко-филологический и юридический факультеты, образовавшие после слияния Саратовский ФОН, а позже появился педфак, куда включили остатки историко-филологического и физико-математический факультеты), либо же вовсе были выведены из состава университета, образовав новые самостоятельные институты (как агрономический факультет).

Дорого стоили для качества университетского образования многочисленные попытки подмены университетской автономии прямым администрированием учебного процесса через комиссаров Наркомпроса или вновь образованные Правления университетов. Тяжело давались и попытки замены традиционной лекционно-семинарской системы на более «прогрессивные» методы обучения. И если приводимый авторами работы яркий пример одной из таких попыток «замены лекционной системы на дискуссионную» сейчас вызывает снисходительную улыбку, то рассказ о неком студенте медицинского факультета, в одночасье возомнившем себя комиссаром, захватившим одну из аудиторий университета и некоторое время издававшим в ней декреты, обязательные для исполнения деканом и профессорами факультета хотя и является случаем более из медицинской практики, но в целом наглядно демонстрирует ту накаленную атмосферу, в которой приходилось работать и выживать университету в этот период.
 
К концу 20-ых гг. в руководстве СССР определилась тенденция на закрытие большинства университетов с заменой их на специализированные институты, призванные готовить кадры для начавшейся индустриализации. Опять, как и у царского Министерства народного просвещения в фаворе оказались именно технические и индустриальные вузы, готовившие специалистов для уже имевшихся и создаваемых вновь отраслей советской промышленности. Эту тенденцию испытал на себе в полной мере и Саратовский университет. Достаточно сказать, что из пяти, входивших на тот момент в состав Саратовского университета факультетов к 1931 г. остался всего один. Выделившиеся же из состава университета четыре факультета послужили базой для создания целых восьми саратовских вузов разной специализации.

К середине 30-ых гг. курс на уничтожение университетского образования в СССР был свернут. Причиной этого стал все тот же дефицит специалистов, (теперь уже в сфере фундаментальных исследований), без которых было немыслимо создание новых технологий и, в конечном счете, подготовка тех же инженерно-технических кадров. После принятия СНК серии постановлений о восстановлении вступительных экзаменов, академических званий и защит диссертаций, о преподавании гражданской истории и др. начался процесс восстановления советских университетов. Причем в ряде случаев они получали некоторые элементы университетской автономии, характерные для дореволюционной русской традиции. Так, были восстановлены ученые советы, допускались выборы деканов и заведующих кафедрами и пр. Однако все это происходило на принципиально иной, партийной, основе и жестко контролировалось прежде всего партийными органами. Тем не менее, уже в 1933 г. в СГУ им. Н.Г.Чернышевского были вновь введены вступительные экзамены, восстановлен Ученый совет, существенно расширены фонды Научной библиотеки были сформированы четыре факультета (из шести допускавшихся по штату Наркомпросом), открыт прием в аспирантуру. Событием, которое знаменовало преодоление негативных тенденций в университетском образовании для Саратовского университета, стал его 25-летний юбилей, широко отмечавшийся советской общественностью в апреле 1935 г.
 
Одновременно с этими позитивными процессами, конец 30-ых гг. отмечен и явлениями явно противоположной направленности. Политические репрессии этого времени затронули все советское общество и, естественно, сказались на Саратовском университете. Причем в случае с СГУ это влияние имело двоякое значение. С одной стороны, усилиями директора университета Г.К.Хворостина (не всегда безопасными для него лично) в штат СГУ принимались многие известные советские ученые, которые к тому времени уже подверглись репрессиям и были высланы в Саратов. Так, к 1937 г. среди профессоров, научных и технических сотрудников СГУ им. Н.Г.Чернышевского мы находим академика АН СССР, основателя и первого директора ИМЭЛ Д.Б.Рязанова, академика АН СССР литературоведа В.Н.Перетца, будущих академиков АН СССР химика Б.П.Никольского, биолога Н. А. Максимова, известного советского историка А.М.Панкратову и др.
 
Как справедливо полагают авторы рецензируемого труда, присутствие и работа в Саратовском университете специалистов подобного уровня способствовали формированию крупных научных школ. И, несмотря на то, что в 1937 г. по СГУ был нанесен серьезный удар, связанный с репрессиями в отношении целого ряда крупных ученых-сотрудников университета, заложенные ими традиции серьезной научной работы дали о себе знать уже в ходе Великой Отечественной войны. Сам же Г.К.Хворостин также попал под молох репрессий, был расстрелян в 1938 г., но, как утверждают авторы «Истории Саратовского университета», не назвал в ходе допросов ни одного имени. Это не позволило органам НКВД состряпать дело о контрреволюционной организации в Саратовском университете и спасло жизнь многим его сотрудникам, среди которых был и будущий ректор МГУ академик И.Г.Петровский, будущий член-корреспондент АН СССР Д.И.Блохинцев и др.
 
Начавшаяся Великая Отечественная война заставила СГУ им. Н.Г.Чернышевского перестроиться на военные рельсы. В первые же ее дни более 600 профессоров, преподавателей, сотрудников и студентов университета вместе с ректором Д.И.Лучининым ушли добровольцами на фронт. Из них 122 человека пали смертью храбрых на полях сражений. Оставшиеся студенты и преподаватели пополняли ряды народного ополчения, мобилизовывались на сельскохозяйственные работы, участвовали в строительстве оборонительных сооружений (в период Сталинградской битвы), вступали в истребительные батальоны, отряды ПВО.
Уход на фронт значительного числа преподавателей вкупе с проходившей в начале войны депортацией немцев из бывшей немецкой автономии в Поволжье привели к кадровому голоду в университете. Несмотря на то, что число студентов значительно сократилось, а в связи с войной был сокращен до 3-х лет срок обучения в университете, преподавателей все равно не хватало.
 
В этой ситуации позитивную роль сыграла эвакуация в Саратов к весне 1942 г. коллектива Ленинградского Государственного университета. Авторы работы специально подчеркивают, что, хотя ЛГУ и СГУ на всем протяжении совместной работы на базе Саратовского университета оставались отдельными учреждениями, многие сотрудники ЛГУ совмещали свою работу с преподаванием в СГУ, участием в работе ученых советов Саратовского университета и совместных научных работах. Более того, с июня 1942 г. и до конца пребывания ЛГУ в Саратове в 1944 г. обоими университетами руководил ректор ЛГУ А.А.Вознесенский.
Среди научных разработок в кооперации саратовских и ленинградских ученых, выполненных в годы войны и оказавших существенную помощь фронту можно назвать изобретение нового способа получения искусственного каучука, разработка сигнальной аппаратуры специального назначения и пр. Участие ленинградских ученых в работе ученых советов Саратовского университета позволило провести в ходе войны в СГУ успешные защиты 6 докторских и 13 кандидатских диссертаций. В книге подчеркивается и тот факт, что благотворное влияние на общий высокий уровень подготовки специалистов в СГУ им. Н.Г.Чернышевского сыграло продолжение работы в СГУ в послевоенные годы ряда ленинградских профессоров. Речь идет, прежде всего, о профессорах Г.А.Гуковском и В.М.Чулановском, много сделавшими для открытии новых факультетов и специализаций в СГУ после войны.

На завершающем этапе Великой Отечественной войны Саратовский университет начал интенсивную подготовку специалистов, необходимых для восстановления народного хозяйства страны. Сроки обучения в университете были вновь возвращены к привычным 5 годам. Было расширено число факультетов (с 6 в предвоенный период до 8 в 1945 г.) Соответственно количественно расширилась и специализация и кафедральный состав университета. С 1945 г. вновь стали выходить «Ученые записки СГУ». Все эти факты подтверждают вывод авторов исследования о том, что «Саратовский университет, в целом успешно справился с задачами, вставшими перед ним в ходе Великой Отечественной войны, сохранил научный потенциал и ведущее место среди высших учебных заведений юго-востока европейской части России». Всего за годы Великой Отечественной войны СГУ им. Н.Г.Чернышевского выпустил 1205 специалистов в различных отраслях народного хозяйства, которые впоследствии активно включились в послевоенное восстановление страны.
 
Второй том рецензируемого издания открывает глава о послевоенных буднях Саратовского университета. В этот период истории СГУ не было бы ничего кардинально отличавшего его от других высших учебных заведений СССР: также, как и другие вузы страны, Саратовский Государственный университет переходил на мирные рельсы - восстанавливалась довоенная численность студентов, возвращались с фронта и из госпиталей и начинали работать профессора и преподаватели, ремонтировались старые и строились новые здания, открывались новые кафедры и специальности и т.п.

Как и по всей стране в конце 40-ых гг. СГУ им. Н.Г.Чернышевского испытал на себе и все «прелести» идеологических кампаний борьбы с космополитизмом, низкопоклонством перед Западом и пр. И здесь, пожалуй, история Саратовского университета открывается нам с несколько непривычной стороны. Авторы исследования указывают, что, по мнению областных советских и партийных властей, зачастую озвучиваемых публично, «Саратовский университет засорен бывшими деникинцами и меньшевиками, участниками антипартийных группировок и в прошлом репрессированными лицами». И это было правдой! Опять же, согласно данным, приводимым в труде, в отдельные годы число подобных «проблемных» с точки зрения властей сотрудников доходило до половины штатного состава СГУ. В этом смысле удивительно, что Саратовский университет сумел пережить это суровое время без серьезных потерь в плане увольнений или арестов своих сотрудников. И отнюдь не только из-за «провинциальности» или удаленности от руководящих центров этих идеологических кампаний. В рецензируемом труде приводится целый ряд показательных примеров корпоративной сплоченности и человеческой солидарности университетских людей перед лицом самых нелепых обвинений, стремление отвести угрозу от потенциальных жертв, что в те годы было смертельно опасно.
 
Признанием важной роли СГУ им. Н.Г.Чернышевского в деле подготовки кадров и развития научных исследований в Поволжье стало празднование 50-летнего юбилея Саратовского университета в 1959 г. Заслуги Саратовского университета перед страной были отмечены орденом Трудового Красного Знамени.
 
Последующие главы строятся по одному смысловому принципу и отражают рост материальной базы СГУ им. Н.Г.Чернышевского, совершенствование системы подготовки кадров и развитие научных школ Саратовского университета последовательно в трех хронологических этапах. Первый охватывает период с 1945 по 1965 г., второй с 1965 по 1985 и третий, завершающий, – последнее пятнадцатилетие ХХ века и первые годы ХХI в.
Приведенные в главах факты не оставляют сомнений в том, что Саратовский Государственный университет им. Н.Г.Чернышевского за сто лет своего существования действительно превратился в крупный учебный и научный центр всего юго-востока России, обладающий всеми признаками классического университета. К своему юбилею СГУ подошел, имея в своем составе 30 факультетов, три учебных института и три колледжа. Всего сегодня в СГУ им. Н.Г.Чернышевского обучается около 30 000 студентов и аспирантов. Их подготовка, ведется по программам для всех ступеней высшего образования (как традиционно российских, так и соответствующих «Болонскому процессу»). Научные исследования проводятся по 39 направлениям, большая часть которых соответствует приоритетным направлениям развития всей мировой науки. Признанием заслуг Саратовского университета и его вклада в развитие отечественной науки является включение его в 2010 г. в число научных исследовательских университетов России. Содержание рецензируемого двухтомника свидетельствует о закономерности этого факта.

На этом можно было бы завершить наш краткий обзор данного труда. Учитывая юбилейный характер издания, сугубо научная критика его здесь неуместна. Многие из замечаний, которые можно было бы сделать авторам, диктуются именно парадной формой издания. Так, хотелось бы, конечно, прочесть более подробный анализ источниковой базы исследования, обзор архивных фондов, на которых оно велось, более развернутую характеристику существующей историографической традиции. С другой стороны, при наличии в работе научно-справочного аппарата, включающего сноски, именные указатели, хронологические таблицы, было бы полезным дать в конце исследования в отдельном разделе более развернутый, нежели в примечаниях, список библиографии по истории СГУ. Это сделало бы «Историю Саратовского университета» более востребованной для студентов и специалистов, занимающихся историей Саратовского университета, других российских университетов и высшего образования в целом.

Подводя итог всему вышесказанному, следует отметить, что, несмотря на высказанные замечания, изданная «История Саратовского университета» на сегодняшний день является наиболее полным изложением исторического пути этого авторитетного российского вуза в существующей исторической литературе. И в этом кроется главное значение этой работы. Нам остается еще раз поздравить наших саратовских коллег со столетним юбилеем их Alma-mater и выразить удовлетворение в том, что выпуск в свет «Истории Саратовского университета 1909-2009» закрепил уже вполне сложившуюся в Саратовском университете традицию издавать крупные труды по своей истории к юбилейным датам..
Категория: Научные статьи | Добавил: Дима (22.07.2010)
Просмотров: 38061
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]